07-03-2017 ИСТОРИЯ » История Шотландии

Часть 11. Неофициальный святой.

История Шотландии.

Часть 11.

 

Неофициальный святой.

 

Чертополох.

 

Алба.

Король Александр I умер в 1124-м году, в возрасте 45 лет. Если бы у него были законные дети, трудно себе представить, как они делили бы Албу с Дэвидом и его наследниками. А так, без особых проблем на престол вступил король Дэвид I.

Это не значит, что других претендентов вообще не было. Даже с перебором.

- В Мормаэрстве Морэй всё ещё оставались потомки Лулаха, линия Кеннета III. Они ещё несколько столетий вспоминали о своём происхождении, хорошо, если не до настоящего времени.

- Доналд Бан не имел сыновей, но могущественные сеньоры – Комин и Тиндэлл – дети его дочерей.

- Уильям, сын короля Дункана II.

- Незаконный сын короля Александра Малкольм.

Все они ещё себя покажут.

Кроме того, Острова, выйдя из-под власти Норвегии, сейчас пребывают в анархии, но очень скоро там образуется государство, которое будет доставлять Албе много хлопот на протяжении нескольких столетий.

Ещё потому Дэвид естественным образом надел корону Албы, что его поддержал южный сосед – король Англии Генрих I.

Уже, будучи принцем Камбрии, Дэвид проявил себя как энергичный и целеустремлённый правитель. Ему удалось восстановить епископство в Глазго и снабдить его землями, чтобы епископ не бедствовал. Принц Дэвид основал новое аббатство в Селкирке, потом перевёл его в Келсо, поближе к Роксбургу, своей тогдашней столице. В 1113-м году Дэвид женился на Мод (Матильде – похоже, всех знатных дам тогда звали Матильдами), графине Хантингдон и Нортхэмптон. Значило это вот что. Уильям Руфус замучился в своё время воевать со своими подданными, могущественными ярлами, управлявшими огромными частями английской территории. Чтобы они не были такими могущественными, он взял и разделил громадные ярлства на уделы поскромнее – графства. В общем, мечта большинства королей Албы исполнилась, принц Дэвид если не всю Нортумбрию приватизировал, то значительный её кусок. Правда, эти графства принц держал на правах вассала короля Англии, но это уже частности. С Генрихом Боклерком Дэвид был дружен. Даже в Нормандию с ним за компанию прогулялся, когда надо было подавлять мятеж Уильяма Клитона (сына Роберта Куртгёза и старшего законного внука Уильяма Завоевателя).

Теперь Дэвид стал королём Албы. По некоторым сведениям всё-таки Малкольм мак Александр по этому поводу поднял вооружённый мятеж. Если и правда, то быстро удалось подавить. Король Дэвид I начал свои преобразования.

Через шесть лет, в 1130-м сын короля Александра уже затеял дело посерьёзнее, объединившись для этого с другим претендентом на корону. Мормаэр Морэя Хет, муж дочери короля Лулаха в 1107-м уже поднимал восстание, но, устрашённый подвигами Александра Свирепого, после этого сидел в своей провинции спокойно. Но, когда он умер, его сын Энгус решил побороться за корону Албы. Как он додумался объединиться с представителем враждебной Данкелдской династии, и как они думали делить власть в случае успеха – бог весть.

Повстанцам удалось собрать неслабую по тем временам армию – пять тысяч человек и дойти до Ангуса, чуть ли не центр страны. Им навстречу выдвинулся констебль Албы Эдвард с десятью тысячами и разгромил подчистую при Стрэказроу. Энгус погиб. Но Малкольм Александрович дело продолжил, четыре года партизанской войны, королю Дэвиду пришлось обращаться за помощью к другу Генриху – своими силами с мятежным принцем справиться не получалось. Впрочем, так и так не получилось – чисто военными средствами. В конце концов удалось подкупить кого-то из соратников Малкольма, арестовать его и заключить навечно в Роксбургском замке.

Во всех этих делах участвовал ещё один Малкольм, то ли брат, то ли сын Энгуса. Как ни странно, репрессий против него не воспоследовало. Морэй, конечно, ему не оставили, это уже был бы полный перебор, но взамен этот потомок Кеннета III получил Росс.

А мормаэром (графом?) Морэя был назначен ещё один претендент на корону – Уильям фиц-Дункан. Дэвид не просчитался – племянник служил ему в дальнейшем верно и эффективно. Как раз в Морэе ему было и место. То, что не мак, а фиц – уже показательно, и вообще под вопросом, умел ли потомок королей скоттов и пиктов говорить по гэльски.

 

Англия.

Только разобравшийся с внутренними проблемами (1134-й), Дэвид был втянут в дела английские. В 1135-м умер друг и благодетель Генрих Боклерк. С одной стороны, Дэвид из морального долга должен был поддержать его дочь. С другой – рассчитывал по смутному времени оторвать какой-нибудь лакомый кусочек для Албы. В стороне остаться было невозможно. Был, правда, и ещё один нюанс. Всю эту заварушку в Англии, которая длилась девятнадцать лет, можно с полным основанием назвать войной двух Матильд. И обе приходились Дэвиду I родными племянницами. Супруга Стефана Блуа – дочь графа Булонского и Мэри, младшей дочери Малкольма III, снабжавшей родственников верблюдами и арабскими лошадьми.

Вначале события развивались очень быстро, не по-средневековому.

1 декабря умер Генрих. Стефан рванул с континента в Лондон и уже 26 декабря короновался. Заодно конфисковал у короля Албы графство Хантингдонское. Новый год армия Дэвида I встретила уже на марше. Ещё январь не закончился, как скотты захватили половину Нортумбрии, в том числе Карлайл, Бамборо и Ньюкасл. Дошли до Дарема. Дальше не получилось – дорогу преградила английская армия во главе со Стефаном.

Кто бы ни победил в сражении, он бы проиграл. Король Англии оставался с потрёпанной армией, а Жоффруа Анжуйский уже готовился к вторжению в Нормандию. Королю Албы никак не хватило бы сил всё завоёванное удержать.

Поэтому – мир. Стефан Блуа уступил Дэвиду значительные территории, в том числе Карлайл с окрестностями. Хантингдон, чтобы никому не обидно, не достался ни английской короне, не Албе. Графом стал Генрих, сын короля Дэвида I. Стефан ещё намекнул, что, когда всё утрясётся, намерен восстановить герцогство Нортумбрию, и герцогом будет, конечно же, Генрих Давыдович.

Так и разошлись, друг другом довольные. Но ненадолго. Через год Дэвид I снова совершил поход в Нортумбрию. Во-первых, вспомнил, что должен поддерживать дочь Генриха Боклерка, во-вторых, Стефан что-то не спешил с учреждением герцогства Нортумберлендского. В-третьих, сам король Англии находился в Нормандии и терпел там поражение за поражением. Этот поход, впрочем, кончился ничем – очередным перемирием.

Генрих Хантингдон поехал в Лондон, был там принят с большим почётом, настолько большим, что это не понравилось английским аристократам, случился некрасивый скандал. Считается, что оскорбление, нанесённое принцу Генриху, послужило причиной возобновления военных действий. Но армия Дэвида к тому моменту подозрительным образом была уже собрана. Кроме собственно королевского войска – мормаэр Морэя Уильям фиц-Дункан, мормаэр Файфа, мормаэр Стрезерна и вассальный король Гэллоуэя Фергус. Гэллоуэйцы составляли значительную часть армии, что не пошло Дэвиду I на пользу – ни его они не слушались, ни собственного короля Фергуса.

Сначала всё было хорошо. Войско Альбы продвигалось сразу в двух направлениях. Западной оперативной группой, куда входили и вооружённые силы Гэллоуэя, командовал мормаэр (граф?) Уильям Дунканович. Около посёлка Клизеро (Южный Ланкашир, уже до Манчестера недалеко) он встретил английскую армию и разбил её. Всё отлично, но воодушевлённые победой гэллоуэйцы стали активно заниматься мародёрством и вообще из рук вон плохо вели себя по отношению к местному населению. Рассказывают об ужасных зверствах, вплоть до каннибализма. Авторитет Дэвида I в этих краях упал до низшей точки. Уильяму фиц-Дункану пришлось даже немного отступить.

В середине августа все силы Албы соединились немного севернее Йорка, около города Норсаллертона. Там они и встретились с английской армией Уильяма Толстого, графа Омаль. Комиссаром при нём был архиепископ Йоркский Турстан, тоже знаковая личность.

Армия Албы насчитывала 16 тысяч воинов. Здесь была как рыцарская кавалерия, так и ополчения из разных районов Албы. Плюс Гэллоуэй – бойцы многочисленные, до невозможности храбрые, но совершенно не имеющие понятия о дисциплине. Их вожди настояли на том, чтобы гэллоуэйцы сражались в авангарде и первыми начинали атаку. Дэвид уступил.

У англичан (нортумбрийцев фактически) было 10 тысяч. Тоже в основном ополчение, рыцарей не так много. Правда, уже в те времена английские ополченцы умели пользоваться боевыми луками, а их командиры – управлять потоками стрел.

В порядках английского войска стояла телега с ликами святых – Питера Йоркского, Катберта Даремского и других – поэтому сражение получило название «Битва Штандартов».

Некоторые знатные вассалы короля Дэвида отказались участвовать в битве, так как были одновременно и вассалами короля Стефана. Двое из отказников носили знаковые фамилии – Баллиол и Брюс.

Гэллоуэйцы, поддержанные ополчением Лотиана, с ужасным воем ринулись в лобовую атаку, забрасывая нортумбрийцев дротиками и сходясь в рукопашную. Страшны они были. Но расстреляны из луков. Короля своего жители Голуэя ни во что не ставили, но, когда погибли два клановых вождя – Домналл и Улрик, они побежали. Граф Лотиана тоже погиб от стрелы, это внесло смятение в ряды его отряда. Бегущие естественным образом смешали ряды воинов, ещё не вступавших в битву. Войско Албы начало превращаться в толпу. Кто-то крикнул, что король Дэвид убит. Началась паника. Дэвид был жив и пытался что-то сделать, но без никакого успеха.

Из всей армии только небольшой отряд рыцарей под командованием принца Генриха сохранил боеспособность. Отчаянная контратака, фланг английской армии смят, тяжёлые рыцари Албы давят лошадьми нортумбрийских ополченцев. Но это только тактический успех, переломить ход проигранной битвы уже невозможно.

Все, кто уцелел, сбежали в Карлайл. В том числе король и принц и, как ни странно, большинство албанских аристократов.

Поражение было сокрушительным, но в стратегическом плане ничего не изменилось. Нортумбрийцам не хватало сил, чтобы организовать преследование и добить врага, а Стефан ничем не мог им помочь. Начались мирные переговоры. В конце концов, Дэвид сохранил за собой Камбрию с Карлайлом. Мало того, всё-таки принц Генрих стал правителем всего Нортумберленда, правда, без Бамборо и Ньюкасла, и с титулом графа. Но это графство было не меньше иных королевств.

Все довольны. Кроме только Матильды Генриховны и её мужа Жоффруа Анжуйского. Но им тоже кое-что перепало. Пока мы тут наблюдали за событиями на Севере, они потихоньку отобрали у Стефана Нормандию. Неслабый кусочек. Но хотелось большего.

В 1139-м году Матильда высадилась с войском в Англии. В апреле 1141-го произошло сражение под Линкольном, Стефан Блуа попал в плен, и дочь Генриха I стала Госпожой Англии в своих правах. Дэвид на всё это взирал с молчаливым одобрением. А вот принц Генрих поспешил принести двоюродной сестре оммаж за Нортумбрию. За что впоследствии и поплатился.

Недолго Матильда просидела на английском троне. Кузина Матильда Булонская собрала армию, добыла денег, привлекла на свою сторону епископа Винчестерского Генриха, многих английских аристократов и простых лондонцев. В сражении при Винчестере анжуйская армия потерпела поражение, в плен попал лидер сторонников Матильды Генриховны, её сводный незаконный брат Роберт Глостер. Роберта потом обменяли на короля Стефана. Бывшая императрица вернулась на континент, Стефан снова стал королём Англии, стопроцентно благодаря супруге. А принц Генрих был лишён всех владений в Нортумбрии. Графство Стефан передал его сводному брату, Симону де Санлису, который сохранил верность королю, несмотря на все перипетии.

В Англии этим всё не закончилось, но королевский дом Албы в дальнейших событиях на юге участия не принимал.

Правда, молодого графа Генриха по прозвищу Плантагенет посвятил в рыцари именно его двоюродный дед, король Албы Дэвид I.

На поле битвы Дэвид мак Малкольм больших успехов не добился. Зато благодаря политическим играм ему удалось закрепить за собой Камбрию. Но это не всё и не главное.

 

Революция Дэвида I.

Король Дэвид I реорганизовал систему управления государством Алба. Так серьёзно, что позднейшие историки ввели термин «Давидианская революция». На самом деле всё это были не такие уж потрясающие новшества – что-то подобное уже действовало с успехом в других странах Европы. Не во всех, конечно. Кроме того, большинство реформ было начато уже при Александре I, Дэвид только довёл их до логического конца. Тем не менее, роль младшего сына Малкольма III в политическом развитии Албы очень велика. Были созданы прообразы будущих министерств. Реально это выглядело как присвоение почётных титулов – канцлера, сенешаля, юстициара, коннетабля Албы. Но за каждым таким титулом стояли конкретные обязанности по осуществлению государственной власти в соответствующей области, и за каждым владельцем титула – штат помощников и управителей меньшего ранга.

Дэвиду удалось, в общем и целом, превратить большинство аллодов в феоды, а мормаэров – в графов. Мормаэр – наследственный правитель и полный собственник своего аллода, может подчиняться королю, а может и не очень. Граф получает феод от короля в пользование за службу и верность, всем королю обязан. Если и преувеличение, то небольшое. Всё это, конечно не сразу, одним махом. После победы над мормаэром Энгусом в 1130-м, его наследник получил земли не в родной провинции, а в Россе. Мормаэром Морэя, самой беспокойной земли, стал совершенно чужой для местных жителей Уильям фиц-Дункан. Когда он умер, в 1147-м, его сын, тоже Уильям, получил владения на юге Албы. А Морэй была разделён и роздан по частям разным вассалам. Это не помешало впоследствии потомкам Уильяма поднять мятеж с претензией на корону Албы, и не предотвратило восстаний в Морэе вообще. Но на какое-то время страсти в этих краях поутихли всё-таки.

Графские владения и высокие посты в правительстве Албы предоставлялись людям новым, лично обязанным королю своим благополучием. Потом, конечно, и графства и должности в центральном аппарате стали передаваться по наследству. Через несколько поколений перед нами – ещё те гордые вельможи, покруче старых. Но через несколько поколений. Откуда брались эти новые люди? В основном из Англии. Тем не менее, англы и саксы среди них – редкость. Потомки тех, кто пришёл на остров с Уильямом Завоевателем или был приглашён его сыновьями. Когда Стефан начал отбирать владения у сторонников Матильды, многие из них тоже перебрались за Твид. Отсюда, кстати, французские, нормандские, фламандские корни многих шотландских кланов.

Ещё одно следствие реформ – институт шерифов. Местная власть на низовом уровне, полностью подотчётная Королевской канцелярии. Несмотря на все перегибы на местах, всё-таки порядка в королевстве стало больше.

 

Религиозными вопросами король Дэвид занимался столь активно, что получил прозвище Святой. Хотя церковью канонизирован не был. Вообще, единственная официальная святая в доме Макальпинов – мать Дэвида I Маргарет. Это у англов с саксами короли становились святыми через одного, стоило хоть раз в жизни перекреститься.

На среднем уровне Дэвид мак Малкольм основал несколько монастырей и построил несколько церквей. На нижнем уровне его заслугой является закон, по которому Алба была разделена на приходы, и в каждом приходе стал положен минимум один священник. Как до этого обходились? На высотах же шла борьба за предоставление Сент-Эндрюсу статуса архиепископства. В том смысле, что здесь находится глава церкви Албы, а не в Йорке, не в Кентербери, и не где-нибудь ещё. Папа Римский заупрямился, добиться палия не удалось, но де-факто Сент-Эндрюс архиепископством стал, хоть и без громкого названия.

Дэвид первым из королей Албы начал чеканить собственные монеты. Когда в 1136-м году он захватил Карлайл, то обнаружил там соответствующее оборудование. После небольшой модернизации появился серебряный пенни Дэвида I. Сначала в Карлайле и чеканили, потом появилось ещё несколько мастерских в других частях королевства.

 

Основатель бургов.

Самое интересное – города (бурги). Нет, конечно, и раньше существовали большие поселения, в которых жили, в основном, ремесленники и торговцы. Но это было явление стихийное и нестабильное.

Дэвид стал обустраивать городскую жизнь по всем правилам. Для начала была сделана копия с Книги правил города Ньюкасла. Без принципиальных изменений этот регламент и был применён ко всем городам Албы – уже основанным, и тем, что в перспективе. Называлось «Leges Burgorum». В этом документе были описаны практически все аспекты городской жизни, с похвальной предусмотрительностью и удручающими подробностями.

Ввиду того, что в селениях, которым надлежало стать городами, жителей всё-таки было маловато для такого высокого статуса, пришлось увеличивать население искусственно – приглашали всех желающих стать албанскими горожанами. Среди скоттов и пиктов таких нашлось мизер. Среди лотианцев – ненамного больше. Потом, чтобы город соответствовал, в нём должны проживать мастера разных дефицитных специальностей. Не всегда такие находились на просторах и горах Албы.

Поэтому очень значительную часть горожан составили фламандцы. Ещё были немцы, французы и англичане. Не так много времени пройдёт – по историческим меркам – большинство из них станет настоящими патриотами Шотландии. Со временем объединятся в кланы, а позже повыбирают себе тартаны и оденутся в килты.

Правда, с самыми первыми бургами у Дэвида I, надо сказать, получилось не очень.

Ещё будучи принцем Камбрии, Дэвид основал город Берик. В смысле тот, который на Твиде. Хороший город, но находится он в настоящее время в Англии.

Вторым бургом стал Роксбург. В 1460-м году Джордж Дуглас граф Ангус его порушил подчистую. За смерть короля мстил, или так чего – не суть важно. Теперь здесь деревня с 70 жителями.

Дальше – до 1130-го года - целая серия – Данфермлайн, Перт, Скон. Стёлинг, Эдинбург. Всего при жизни короля Дэвида I – 18 городов. Один из них – Кэнонгэйт – практически дальний конец Королевской мили в теперешнем Эдинбурге.

Кроме городов и церквей, Дэвид I мак Малкольм строил гостиницы, просто дома, маноры, да и замки тоже. Только потому не получил прозвище «Строитель», что такое имя уже закреплено было за царём Грузии Давидом IV, умершем в 1125-м году, через год после вступления Дэвида I на престол Албы. Два Давида – Строителя в одно время – у историков бы крыши поехали.

Теперь о грустном. Принц Генрих Хантингдонский был популярным правителем, талантливым полководцем, славным рыцарем и достойным человеком. Он умер в 1152-м году в возрасте 38 лет.

 



Часть 12.

 

 

Читайте также: